«Вокс люкс»: За и Против
Cinemaholics Team,

Vox Lux / Вокс Люкс
Режиссер: Брэйди Корбет
В главных ролях: Натали Портман, Джуд Лоу, Рэффи Кэссиди, Стэйси Мартин, Кристофер Эбботт, Дженнифер Эль
Дата премьеры в РФ: 7 марта

Главная героиня Селеста (Рэффи Кэссиди) получает пулю в горло и чудом выживает в школьной перестрелке. В больнице она вместе со своей сестрой (Стэйси Мартин) сочиняет песню, которая не только передает настроение всей страны, но и делает Селесту национальным героем.

Стремительный взлет, спродюсированный опытным менеджером (Джуд Лоу) и подпитанный жадным интересом публики к трагедии, превращает ее в мировую суперзвезду. 17 лет спуcтя Селеста пытается восстановить свою репутацию после серии скандалов и вовсю готовится к концерту в своем родном городе.

Премьера «Вокс люкс» состоялась на Венецианском кинофестивале. Как и в случае с дебютной работой Брэйди Корбета («Детство лидера»), новая картина разделила публику на недовольно фыркающих и восхищенных.

Наши мнения по поводу фильма в редакции разошлись, поэтому сегодня с вами в эфире рубрика «За и Против», где мы стараемся дать два противоположных взгляда на фильм:


За:

Если дебютный фильм Корбета демонстрировал нам процесс появления в человеке ростков фашизма, то «Вокс Люкс» — это зеркало современности. Путь Селесты от всеобщего сочувствия до всеобщего обожания короткий и вязкий. Это отлично демонстрирует потрясающая ретро-съемка небольших видеороликов о ее гастролях по Европе, где она утопает в наркотиках и алкоголе. Корбет искажает историю о стремительном взлете, превращая ее в сущий кошмар, который соседствует с самыми знаковыми и страшными событиями нашей эпохи: Колумбайн, 11 сентября и разбросанные по всему миру террористические атаки. На протяжении всего фильма бок о бок переплетаются, казалось бы, совершенно разные темы (поп-культура и терроризм), но чем дальше в лес, тем очевиднее параллели. Тяга к зрелищности и культ насилия в конечном итоге обязательно нанесут невосполнимый ущерб всему обществу. И самое отстойное, что мы этого даже не заметим.

34534545455

В фильме гипнотизирует абсолютно все: от голоса рассказчика за кадром (Уиллем Дефо) до намеренно утрированного образа Селесты в исполнении Портман. Корбет-режиссер не топчется на одном месте, а постепенно прокачивает свою сноровку, хоть и опять делит весь сюжет на главы и временные отрезки. На этот раз у него получился довольно динамичный фильм с умеренной порцией сатиры.

Слава Селесты началась случайно, и мы до конца не сможем понять, что эта слава значит для нее. Мы не знаем, чего она хочет и какие усилия ей приходится прикладывать, но в этом и заключается вся сила и загадка фильма, во всех этих пробелах и ее то ли пустых, то ли грустных глазах за блестящей полумаской.

-----------

Возможно, навязчивая идея быть знаменитым и желание постоянно потреблять информацию оказали на мир более катастрофическое влияние, чем мы могли себе представить. Но как говорит Селеста в одном из своих интервью — «всем плевать». Поэтому врубаем Sia, надеваем костюм из перьев (можно даже из «Черного Лебедя») и погружаемся в неистовый коллективный экстаз.

Кира Голубева


Против:

Брэйди Корбет когда-то был актером, который, кажется, успел поработать с каждым вторым более-менее успешным режиссером авторского кино. Недавно он переквалифицировался в режиссера, который умело воспроизводит все, что когда-то увидел на их съемочных площадках.

Его дебют «Детство лидера» почему-то вспоминается не как попытка объяснить трагедии кровавого XX века через детство ключевой фигуры — будущего тирана альтернативной истории, а как курсовая работа вгиковца-философа, гордо спрятавшегося за громкими именами, список которых зачем-то представлен в титрах с пометкой «референсы»: Ханна Арендт, Роберт Музиль, Жан-Поль Сартр и другие. Видно, что подготовился, но, как говорится, в чем актуальность вашей работы?

1541990553765

«Вокс Люкс» куда более амбициозная и радикальная картина — в ней нет ни академизма, который сдерживал Корбета в первом фильме, ни списка литературы, которым можно в случае чего прикрыться. Кажется, Корбет начал с семантического поля 21 века, чтобы из самых интересных и важных слов (вроде скулшутинга, терроризма, славы, поп-культуры и депрессии) создать ультимативный фильм, который бы уловил цайтгайст. Собранный из них сюжет можно поместить куда-то между критикой массовой культуры Ханеке и деструктивной одержимостью Аронофски.

MWS237XW3II6RBSCZFYYUJLMXU

Вообще Корбету неинтересно снимать кино как полностью законченное произведение искусства — американец берется за интригующий концепт и сразу пытается воплотить его эмпирически, путем проб и ошибок, попутно сломав работающие механизмы и смешав то, что обычно не смешивают. Корбету хочется экспериментировать: он снова делит фильм на главы, добавляет закадрового рассказчика, клиповый монтаж, позволяет актрисе сыграть сразу две роли и отдает последнюю треть под никудышный концерт, чтобы в итоге обозвать получившуюся кашу портретом 21 века и посвятить его Джонатану Демме. Эта напыщенность бесит, но смелость Корбета, конечно, вызывает восхищение.

Другое дело — что теперь делать бедному режиссеру, который за два выхода в свет расшифровал истоки фашизма в портрете 20 века и поставил диагноз одержимому популярностью 21-му? Можно, наверное, смело закончить карьеру за неимением материала под стать корбетовской мудрости. Впрочем, хочется верить, что он найдет в себе желание сделать шаг вперед и порассуждает о 22 веке экранизацией «Homo Deus» Юваль Ноя Харрари или два назад, чтобы препарировать концепт «Долгого 19-го века» Эрика Хобсбаума. О меньшем даже думать смешно.

Алихан Исрапилов