«Боль и слава»: Непокой
Мария Ремига ,

Dolor y gloria / Боль и слава
Режиссер: Педро Альмодовар
В главных ролях: Антонио Бандерас, Пенелопа Крус, Леонардо Сбаралья, Асьер Эчеандиа, Сесилия Рот
Дата премьеры в РФ: 12 июня

Стареющий испанец Сальвадор Мальо (Антонио Бандерас, роль жизни), такая немного поп-звезда от режиссуры, ушел на пенсию. Его организм собрал целый каталог разных мелких недугов, включая постоянные боли в спине, делающие невозможным любой тяжелый физический труд (коим является работа в кино). Отныне Сальвадор проводит время так: ест таблетки, читает, отмахивается от предложений, ест таблетки, сидит, лежит или мрачно ходит по своей изумительной квартире, оформленной в основном произведениями искусства. И ест таблетки.

От одного звонка, впрочем, отмахнуться не удалось: синематека Мадрида приглашает Сальвадора на показ отреставрированной копии его хита «Вкус», гремевшего более тридцати лет назад. Режиссер неожиданно соглашается и, пользуясь поводом, идет мириться с исполнителем главной роли Альбертом (Асьер Эчеандия). Встреча заканчивается успешно: позади все беды оставлены, мышцы лицевые расслаблены. В качестве широкого жеста Альберто подсаживает Сальвадора на курение героина.

Героин, как это часто бывает, запускает цепь освежающих мыслительных процессов. И отлично избавляет от боли, что для Сальвадора играет особенно важно. В своем новом состоянии режиссер начинает активно обращаться к прошлому: вспоминает маму (традиционный выход Пенелопы Крус), первую страсть, от которой буквально падал в обморок, более позднюю привязанность и так далее. Выясняется, что некоторые важные внутренние вопросы так и остались без ответов.

Последние лет десять Педро Альмодовар вел с нами разговор увлекательный, спору нет, но смущали постоянные запинки: поблуждав в лесу самоповтора («Разомкнутые объятия»), он мог резко взобраться на вершину («Кожа, в которой я живу») и потом столь же резко спустится в милый, но все же пустяк («Я очень возбужден»). На «Джульетте» трехгодичной давности что-то сломалось: режиссер не то чтобы заговорил радикально по-другому, но в его голосе появились новые интонации. Сейчас кажется, что это была некая разминка, подготовка к переходу на более сдержанный тон, который, удивительно, так идет Альмодовару, со всей его витальностью и любовью к броским деталям.

Если бы поэт и художник Уильям Блейк в свое время не подсуетился, то название «Песни Невинности и Опыта» нужно было бы отдать этому фильму. Ибо это оно и есть: два временных пласта, в которых существует картина, то и дело распадаются на поэтические зарисовки, где детство — чистое, звонкоголосое — сталкивается с миром взрослых, существующем без намека на сильные эмоции. До поры до времени. Именно обращение к прошлому неожиданно дает толчок настоящему и шанс будущему. Альмодовар собирает камни, чтобы потом, подобно Энди Дюфрейну, полировать их до ослепительного блеска.

4bc492c1addf91bf7947774f97f11f01ca8b5d41
Фото / Вольга

Но не стоит думать, что «Боль и слава» — это душевный стриптиз или двухчасовой сеанс психотерапии. Да, здесь немало личного, начиная от трепетной линии с матерью и заканчивая дизайном квартиры главного героя, однако это универсальная история, в которой, помимо рефлексии и подведения итогов, есть немало веселого, захватывающего, даже странного. Альмодовар гениально держит ритм: это ни на минуту не скучный фильм, смешное и трагичное существует здесь в гармонии, а драма изящно вальсирует с комедией.

Своей новой картиной Альмодовар замыкает спонтанную трилогию о зыбкой природе отношений вымысла и реальности, кинематографичности жизни: первыми двумя фильмами были «Закон желания» и «Дурное воспитание». «Боль и слава» кажется самым зрелым и точным высказыванием из всех трех — здесь, наконец-то, герою хватает мужества и сил дописать главу, не выкинув из нее ни одного болезненного эпизода. Последнее особенно важно: принятие себя — не только заключение выгодного договора с собственной тьмой, но и отказ от попыток сбежать от того, на что неприятно смотреть. Это все — ты.