«Мирай из будущего»: Трудности перехода
Maria Remiga,

Мирай из будущего / Mirai no Mirai
Режиссер: Мамору Хосода
В главных ролях: Ребекка Холл, Джон Чо, Дэниэл Дэ Ким, Криспин Фриман
Дата премьеры в РФ: 31 января

Мальчик Кун растет в любящей семье: мама, папа, собака живут в относительной гармонии (скандалы по поводу неубранных игрушек не в счет) ровно до тех пор, пока на свет не появляется малышка Мирай. Основное внимание теперь достается ей, родители попутно исправляют ошибки прошлого, пытаясь более грамотно распределить нагрузку. В итоге мама рано выходит на работу, папа учится отличать стиральный порошок для нежной ткани от порошка для носков, а Кун остается на втором плане.

Его возмущению нет предела и в момент, когда уже пора выносить всех святых, он прячется на заднем дворе, где растет старое семейное дерево. Вокруг него явно другой воздух, поскольку именно там Кун находит путь в фантастический мир, где знакомится со своей подросшей сестрой и разными родственниками из далеких времен. Так мальчик начинает искать ключ к своим чувствам и чувствам тех, кого он любит.

«Мирай» на расстоянии выглядит нехитрой сказкой про невинность и опыт, очередной акварелькой в давно знакомой палитре. Но стоит только дать себя обмануть первым минутам тридцати (к которым наиболее точно подходит слово «потешные»), как приходит любовь, сбивающая с ног. Детская история, на которой взрослые рыдают навзрыд — дело не новое, тот же Pixar работает так через раз, но Хосода, кажется, переплюнул многих прочих. Родители, братья, сестры и собаки рискуют захлебнуться в слезах уже после накаленного до предела момента с желтой машинкой.

Да, Хосода сентиментален, но при его режиссерском темпераменте это не так страшно: как герои преодолевают границы, так и фильм перемахивает через все плошки со сгущенкой. Ему хватает сдержанности, чтобы не свалиться в Спилберга (в худшем его проявлении), но и хватает размаха, чтобы порой выдавать натуральное «Древо жизни» (не по ритму, конечно, а мироощущению). Жизнь как цепь случайностей, кино как набор очень простых, на грани банальности, сценок, между ними — весь невидимый свет. При этом стоит только догадываться, сколько адского труда вложено в эту легкость — одна открывающая панорама сделана так, что потом минуту моргаешь, не понимая, что здесь делает реальная съемка с высоты. Не говоря уже о том как тут выглядит еда (особенно торт, хочется написать про него хокку).

MV5BZDk1OTdjNzItYmIwYy00YmYwLWI3YWYtMDVhZDRiNzA2NTY1XkEyXkFqcGdeQXVyNTc5OTMwOTQ@.V1

Во второй половине «Мирай» окончательно покидает кисельные берега, отправляясь туда, где между строк дуют нешуточные сквозняки. Так теряются дети, слишком далеко закинувшие мяч, и, собственно, сцена на токийском вокзале, где Кун пытается достучаться до робота в сартровских очках у стойки Lost and Found — это уже скорее тревожно, чем смешно. Дальше — больше: от назойливого будильника а-ля Дали до гигеровских монстров и вот уже реально становится не по себе, но жанр есть жанр и любовь побеждает все. Требовать от «Мирай из будущего» большего, наверное, свинство: второй «Девочки, покорившей время» быть не может в принципе, но здесь и сейчас тоже очень хорошо. Про это в том числе и снят этот замечательный, обволакивающий мультфильм: счастье в секундах, маленьких, острых, щедрое к детям и скупое для взрослых.