«Хрусталь»: Сквозь тусклое стекло

Хрусталь
Режиссер: Дарья Жук
В главных ролях: Алина Насибуллина, Иван Мулин, Юрий Борисов, Светлана Аникей Дата премьеры в РФ: 13 декабря

Середина 90-х. Затхлый советский дух до сих пор витает в независимой Беларуси. Люди массово пытаются выехать из страны — среди них и Веля (Алина Насибуллина), о которой известно не так много: она любит яркую одежду и чикагский хаус, иногда диджеит на местных рейвах. В документах на американскую визу она пишет номер работодателя наобум — комбинация цифр выводит на семью из поселка Хрустальный. Узнав, что посольство может позвонить по номеру, Веля мчит из Минска в провинцию договариваться с владельцами телефона. У тех, правда, на носу большой праздник — свадьба сына-дембеля. Помогать столичной тунеядке они не намерены.

«Хрусталь» Дарьи Жук вместе «Теснотой» Кантемира Балагова и фильмом Анны Крайс «Нашла коса на камень» можно отнести к стремительно набирающему популярность поджанру «режиссер-дебютант старается переосмыслить 90-е». Хотя объединяют эти картины только сдавленное 4:3 и говорящие названия. Жук попала в точку, выбрав идеальный маркер советской эпохи — простое стекло, гордо стоящее в серванте каждой советской семьи. Собственно, на этом сравнения и заканчиваются. Дарья ушла в другое поле и сняла свое кино, смешное, родное, трогательное, в меру жестокое, а главное — с новым взглядом на недавнее прошлое без паразитической ностальгии.

Для Жук «Хрусталь», очевидно, автобиографичен: она уехала в США в 16, училась в Гарварде и успела поработать на HBO, главной кузнице великих сериалов. Наверное, поэтому на 90-е и Беларусь она смотрит сквозь двойную оптику — как коренной житель, но уже с западным мышлением. Этот дуализм заложен в саму структуру фильма. Первая половина выглядит как броское и легкое инди — такая постсоветская «Леди Берд» с замечательной Алиной Насибулиной в главной роли. Ее минская одиссея напоминает традиционное сандэновское кино о взрослении с попытками отвергнуть правило «где родился, там и пригодился». Все необходимые компоненты на месте — задумчивая прогулка по улицам в наушниках, напряженные отношениями с родителем и отсутствие понимания со стороны окружающих.

Когда камера перемещается в глубинку, более-менее оптимистичный тон сменяется безысходностью в духе постсоветских картин с легким флером румынской новой волны. На первый план выходит нищета, необразованные и озверевшие люди, обязательное ритуальное насилие и гротескная свадьба в духе поздних картин Лозницы. Где-то здесь, зайдя на территорию Мунджиу, Жук начинает смотреть на героев вокруг Вели свысока и пренебрежительно. Но, благо, не настолько, чтобы народное ополчение могло присвоить «Хрусталю» ярлык русофобного кино и чернухи.

Впрочем, смена настроения и фестивальная жестокость никак не отражается на одном из главных козырей картины — таланте Жук воссоздать атмосферу 90-х, зажать ее нерв.
Пестрые комбинезоны, наркотики, рейвы, пришивание этикеток, майонезные салаты, глупые свадебные конкурсы и бабушки с семечками. Все на месте, все в сборе, но порой количество памятных атрибутов в кадре превышает допустимые нормы — тогда пропадает магия и рождается просто качественная стилизация для какого-нибудь нового клипа Димы Билана.

С другой стороны, когда клиповое мышление берет верх, на экране ярче сияет звезда Алины Насибуллиной, которая, видно, вложила всю душу и харизму в свою роль. Ее Веля — ода всем молодым людям, которые хотели/хотят бросить все и уехать за мечтой, отказываясь принять тусклую действительность. Ближе к финалу она не примет символичный подарок в форме хрустального лебедя, оставив нас гадать, как сложится ее дальнейшая судьба. Но какая разница, при любом раскладе она точно останется с нами и, возможно, в истории постсоветского кино.