«Такса»: I wanna be your dog


Название: Такса / Wiener-Dog
Режиссер: Тодд Солондз
В главных ролях: Китон Найджел Кук, Трэйси Леттс, Жюли Дельпи, Грета Гервиг, Киран Калкин, Дэнни ДеВито, Эллен Берстин
Дата премьеры: 22 сентября

Маленький мальчик Рэми получает в подарок от отца таксу, и радости его нет предела. Однако собака пока не очень осведомлена о правилах приличия и поэтому постоянно сидит в клетке. Но, стоит строгим родителям на пару часов покинуть дом, как пронырливый зверь уже на свободе, все прыгают и все счастливы, а перья покидают пределы подушек. К тому же, Рэми приходит в голову отличная идея накормить собаку батончиком мюслей, что окончательно выводит животное из строя, — в частности, его пищеварительную систему.

Но кишечный коллапс — не самое страшное, что ждет таксу. Дальше она несколько раз сменит место жительства, побывав в руках у растерянной сотрудницы больницы по имени Дон, трогательной пары с отклонениями в развитии, посредственного сценариста в кризисе черт-знает-какого возраста Дэйва Шмерца и флегматичной старухи Наны с лицом Эллен Берстин. И каждый раз ее смешная тушка будет подвергаться серьезным испытаниям; впрочем, на ее в меру энергичный характер весь сокрушительный стресс, кажется, не повлияет вовсе.

Тодд Солондз, певец неуютных и неприкаянных, так долго оттачивал свою вечную песню о главном, что в последних своих творениях добился практически безупречного звучания. Причудливая чехарда одних и тех же героев (в «Таксе», например, присутствует выросшая Дона Уинер из «Кукольного домика» и ее вечно обкуренный друг Брэндон, обменявший марихуану на метамфетамин), распад родственных связей, страх и ненависть в пригороде — все это есть и в его новом фильме, но социальный контекст, игры в озлобленного Вуди Аллена (кажется, непреднамеренные) и раскладывание грехов по полочкам окончательно выметены прочь, и в сухом остатке мы имеем чистый ужас перед непостижимостью жизни и неотвратимостью смерти.

Что всегда поражало в Солондзе, а в «Таксе» так и вовсе сбивает с ног, так это его умение облечь весь этот тотальный кошмар в предельно понятную, прозрачную форму. Солнышко светит, зеленеет травка, мелькают красивые детские костюмчики и нежные ботинки: оператор как будто нашел новый уровень резкости картинки, и временами кажется, что еще чуть-чуть, и с экрана потечет акварель. При этом на каждой главке есть риск разрыдаться в голос — даже когда, по идее, должно быть смешно. Пресловутая такса, вероятно, действительно что-то символизирует: то ли смерть, то ли, наоборот, надежду — тут уж как посмотреть. Но совершенно очевидно, что абсолютно все ее хозяева в той или иной степени обречены. Рэми — на жизнь с нежным сердцем в жестоком мире; Дон — на горькое одиночество; Шмерц — на недосказанность и нереализованность; Нана — на вечные сожаления о прошлом. Узнать себя здесь, кажется, не составляет труда, а кто не узнал — пусть радуется, не понимая, что самое страшное еще впереди.

Как часто это бывает у позднего Солондза, главы не равноценны: за лаконичной и трогательной первой следует более приземленная вторая и затем совсем уж затянутая третья, окучивающая тему талантов и поклонников. Не без проблесков, но именно в этом сегменте особенно заметно, что режиссер, несмотря на выверенный ритм, часто впадает в откровенное раздражение. Преподаватель сценарного дела Дэйв Шмерц воюет со своими студентами, считающими его методы устаревшими, а в конце просто тихо впадает в сдержанное безумие. Так и подмывает, конечно, усмотреть тут предельно личное высказывание или, на худой конец, какого-нибудь Чарли Кауфмана, но Солондз не устарел, нет, ни на минуту, просто очень устал. Но даже в таком состоянии он видит каждого насквозь: в финале он ставит точный диагноз всем, кто когда-то хотел выбрать правильный путь, но в итоге свернул не туда, непонятно зачем и почему.

Сыграно все на зависть многим: ДеВито неотразим в печали, Дельпи бесподобно орет, Киран Калкин steal the show одним движением бровей. Скучно смотреть только на умницу Гервиг, которая изображает всю ту же милую Фрэнсис, только чуть более тревожно (и которая все же не Хизер Матараццо с ее выразительной заторможенностью). Де-факто всех убирает Эллен Берстин, ее роль — готовый мастер-класс «как вгонять в оцепенение голосовыми связками».

В первой главе родители Рэми говорят ему, что Бога нет, но именно поэтому мы и должны беречь друг друга: потому что мы все умираем, умираем без причины и дальше ничего больше не будет. Кажется, именно про это все фильмы Солондза — и «Такса» в частности. И то, что он при этом никогда не делает никаких прямых выводов, не учит жить, особенно ценно.

Мария Ремига


comments powered by Disqus