«Леди в фургоне»: Don't Sweetheart Me


Экранизация автобиографической пьесы Алана Беннетта про эксцентричную старушку Мэри с тяжелой судьбой, которая последнюю треть своей жизни прожила в фургоне, переезжая от одного дома к другому. Своенравная леди не щедра на любезности, но соседи благосклонны к ней из-за того, что у них «дружелюбный район». Проживающий рядом писатель Алан Беннетт как-то раз помогает Мэри подтолкнуть фургон. Казалось бы, сущий пустяк, но это стало началом прекрасной дружбы.

Повествование в картине ведется от лица писателя, и главным героем на самом деле тоже является он. Если разобраться, в фильме фигурируют сразу три Алана Беннетта: настоящий Беннетт и его персонаж, который имеет две личности — одна проживает жизнь, а вторая ее записывает. Этот необычный прием позволяет наблюдать за ходом событий сразу с нескольких ракурсов, но у этой концепции есть и недостаток: в какой-то момент у режиссера все выходит из-под контроля, и к персонажу с так называемым раздвоением личности в конце добавляется еще и реальный Беннетт, что как бы выводит нас за границы пьесы. Этот шаг кажется крайне неоправданным, он разрушает и без того шаткую пирамиду из призм и нужен разве только для того, чтобы все посмотрели на настоящего писателя.

Во время просмотра не покидает ощущение, что Беннетт — фанат русской литературы. Здесь вам и Достоевский с его противоборствующими двойниками, и Набоков с его автором-главным героем. Тема двойничества, кстати, раскрыта удачно и представлена сразу в нескольких ветках. Сталкивая две стороны личности писателя, автор не просто предлагает зрителю поразмышлять на тему внутреннего конфликта творца, а в буквальном смысле это демонстрирует. Есть также параллель Мэри — мать Беннетта, которая бесхитростно показывает то, что люди скорее решат чужие проблемы, чем собственные.

Надо сказать, что «Леди в фургоне» крайне старомодный, нафталиновый фильм, но это его ничуть не портит, потому что сама история просит подобных декораций. Он про ворчливую старушку, в конце концов. Картина переполнена английским юмором, более того, она насквозь британская с ее гирляндами из «Юнион Джека», шутками про коммунистов и вынужденной соседской доброжелательностью. Это придает дополнительное очарование и без того трогательной истории про женщину, которую сломали жизненные обстоятельства, но которая при этом не теряет достоинства, даже несмотря на то, что фактически является бездомной.

Мы привыкли видеть Мэгги Смит в роли саркастичной женщины с несгибаемым внутренним стержнем. Этими чертами она наделена и в «Леди в фургоне», однако здесь образ гораздо многограннее. Нрав героини частенько смягчается, как, например, когда она по-детски радостно красит свой фургон. А время от времени мы и вовсе видим, как железная леди предстает перед нами разрушенным человеком с полными боли глазами, который самозабвенно молится, стоя на коленях, или дрожащими руками играет на фортепиано любимые сердцу мелодии.

«Леди в фургоне» — неспешная, внимательная даже к незначительным мелочам картина, которая местами может нагнать скуку, но благодаря эмоциональной привязке все-таки держит зрителя. В ней нет старомодной морали, и она то втирается тебе в доверие, то оскорбленно говорит don't sweetheart me.

Анастасия Муяссарова


comments powered by Disqus