«Сьераневада»: Гляжусь в тебя как в зеркало


Сьераневада / Sieranevada
Режиссер: Кристи Пую
В главных ролях: Мими Брэнеску, Мирела Апосту, Еуджения Босынчяну

Лари вместе с женой приезжает в дом своей сестры на поминки отца. Собрались все родственники и близкие друзья, осталось дождаться батюшку для церковного обряда. Быть в кругу семьи замечательно, но никогда не успеваешь заметить, как смех превращается в слезы: мужчины обсуждают теракты, тетя ностальгирует по коммунизму, двоюродная сестра привела пьяную подругу, тут еще выяснилось, что дядя изменяет супруге, и во всем этом гаме они, конечно же, разбудили ребенка! А единственное, чего сейчас действительно хочется, — это уже просто поесть.

Для постсоветского пространства новая картина румына Кристи Пую одновременно и приговор, и противоядие. Практически все 3 часа фильма действие происходит в пределах квартиры — дальше ходить попросту не надо. В рамках одной, пусть и многодетной, семьи режиссер изображает срез времени. Благодаря многообразию героев, которых здесь столько, что не разберешь, кто кому брат и сват, Пую удается охватить все наболевшее: противостояние поколений, одержимость прошлым, всемогущество конспирологии, место религии в жизни рядового человека и абсурдность традиций. Жизнь в «Сьераневада» воссоздана настолько детально, что режиссер не обошел стороной даже болезненно-нелепую увлеченность гороскопами. Схожесть менталитета бывших социалистических стран превращает сеанс фильма в аналитический просмотр записи своей встречи с родственниками. На филигранно прописанных диалогах не знаешь, когда прекращать смеяться и начинать плакать, потому что, считывая все культурные коды, становится страшно осознавать, насколько комично в жизни выглядят реальные ситуации и как глупо мы себя порой ведем.

Длинные планы и движение камеры из стороны в сторону на уровне глаз, напоминающие повороты головы, одновременно делают тебя непосредственным наблюдателем и представляют другого негласного персонажа — покойника, который пришел на сороковой день попрощаться со своей семьей. Герои не только пытаются обуздать силу смерти и влияние прошлого при помощи обрядов, церковных и народных, но и усмирить хаос, который царит практически везде. В квартире обязательно что-то происходит, из-за чего семья не может сесть за стол; на улице Лари и его жене постоянно не находится места (в буквальном смысле пространства), чтобы пристроить свою машину, что выливается в ссоры. Но если внутри семьи самый страшный беспорядок воспринимается как данность, и можно просто подождать, когда все само по себе утихнет, то внешние незначительные конфликты переходят в пугающие стычки, проводя жирную границу между своим и чужим.

По возвращении из воинственной среды в домашнюю разруху «экспертное» обсуждение тайских супов и дурацкие поминальные поверья кажутся такими сердечными, что можно на все махнуть рукой. И финальная сцена, где жутко голодный главный герой долго выжидает, глядя перед собой на полную тарелку еды, является какой-то доброй насмешкой над всем: настоящее, прошлое — такое все нелепое, но свое.

Анастасия Муяссарова


comments powered by Disqus