«Бесконечная поэзия»: Долгая счастливая жизнь


Poesía sin fin / Бесконечная поэзия
Режиссер: Алехандро Ходоровски
В главных ролях: Бронтис Ходоровски, Адан Ходоровски, Памела Флорес, Йеремия Эрсковиц

Великий классик сюрреализма и мастер на все руки Алехандро Ходоровски продолжает путь, начатый им в «Танце реальности», рассказывая историю своей жизни. Маленький Ходоровски вырастает, становится поэтом, вступает в сексуальные отношения, обретает единомышленников и, конечно, конфликтует с собственными родителями, в особенности с жестким деспотичным отцом, желающим видеть в сыне настоящего мужчину по его версии.

Ходоровски продолжает становиться человеком: если раньше во главу ставилась эффектность образа, зачастую шокирующая, то теперь сюрреалистические приемы употребляются для рассказа конкретной, автобиографичной истории. Повествование начинается буквально там, где закончился предыдущий фильм, даже повторяются последние сцены в стиле «Ранее в сериале «Жизнь Ходора». Покинувший вместе с родителями родную Токопилью, Алехандро начинает жизнь на новом месте, и теперь именно он является главным героем, а не его отец, как это было в «Танце реальности». Такая перемена ролей влияет не то чтобы положительно: Ходо, как и положено сюрреалистам в частности и творцам в целом, страдает нарциссизмом, отчего портрет теряет в красках и не столь ярок и противоречив, как отцовский образ помешанного на сталинизме гомофоба. Впрочем, автор все равно совершает впечатляющий сеанс психоанализа, раскрывая Эдипов комплекс, собственную нерешительность и проявляющиеся под родительским гнетом приступы страха. Главные роли, кстати, исполняют дети режиссера: старший, Бронтис, играет отца, а Адан — повзрослевшего Алехандро. Можно подшучивать в стиле «нет денег на гонорары — плоди актеров», но в данного толка биографической картине это без видимых усилий придает дополнительную глубину и рождает совершенно особое чувство условности времени.

Даже если моментами Ходоровски впадает в излишнюю сентиментальность и вычурность не кадра, а слова, заново обретший себя режиссер продолжает смело ступать в неизведанном направлении, открывая проблески неземной красоты по пути. Настоящее, будущее и прошлое вступают в синтез, оказываются на единой территории искусства, неподвластного всем трем. 87-летний режиссер — один из немногих, кому удалось передать теплую и разрывающую сердце энергию феллиниевского «Амаркорда», великого исповедального фильма об ушедшем безвозвратно времени. Возможно, в этой ипостаси он обретет новых поклонников и обратит ненавистников ранних работ в свою сторону. Жизнь заканчивается, но чудеса не иссякают. Бесконечная поэзия продолжает звучать.

Сергей Кощеев


comments powered by Disqus