Amfest-2017: «Норман: Умеренный взлет и трагическое падение нью-йоркского посредника»
«Норман» — не притча, не комедия, не политический триллер и даже не производственный фильм о мелкой моторике большой коррупции. Это сентиментальная и в конечном счете отчаянно жалобная повесть о том, как маленькому еврею на этом свете тяжело, особенно когда он хочет немного любви и уважения.

Норман: Умеренный взлет и трагическое падение нью-йоркского посредника / Norman: The Moderate Rise and Tragic Fall of a New York Fixer
Режиссер: Йосеф Сидар
В главных ролях: Ричард Гир, Лиор Ашкенази, Майкл Шин, Стив Бушеми, Шарлотта Генсбур, Дэн Стивенс, Хэнк Азариа

Однажды нищий нью-йоркский еврей Оппенгеймер (Ричард Гир) купил заместителю министра финансов Израиля самые дорогие ботинки в городе. Три года и множество мелких одолжений спустя заместитель министра станет премьер-министром, а Оппенгеймер познакомится со множеством полезных и нужных людей, чтобы немедленно начать сводить их друг с другом. Среди потока новых знакомых Оппенгеймера окажется и грустная лесбиянка из израильского департамента юстиции (Шарлотта Генсбур с кудряшками), которой активность как Оппенгеймера, так и новоизбранного премьера покажется очень и очень интересной.

Норман Оппенгеймер носит фамилию серого кардинала вюртембергского двора 18-го века и героя самого юдофобского фильма в истории Зюсса Оппенгеймера. Но кроме имени и национальности в истории двух Оппенгеймеров хватает сходств: пусть Норман не кредитор монаршего двора, а всего лишь самозваный фиксер, решала-энтузиаст, оба они в итоге выполняют одну функцию. Как и Зюсс (выставленный на всеобщее обозрение в железной клетке, а после повешенный), так и Норман (с которым происходит нечто другое) становятся козлами отпущения, искупающими грехи той системы, в которой существуют.

Вопрос о том, зачем Оппенгеймер, этот не в меру назойливый пенсионер с оттопыренными ушами и улыбкой блаженного, делает то, что делает, не возникает по ходу фильма разве что у него самого. Кажется, что он, начисто лишенный как биографии, так и личных интересов, фанатично верит в свою миссию, итог которой ему самому неизвестен. А миссия его только в одном — быть той наивной скотинкой, которую в Йом-Киппур выгонят в пустыню, чтобы продемонстрировать полное раскаяния очищение и стремление приблизиться ко Всевышнему.

Другое дело, что «Норман» — не притча, не комедия, не политический триллер и даже не производственный фильм о мелкой моторике большой коррупции. Это сентиментальная и в конечном счете отчаянно жалобная повесть о том, как маленькому еврею на этом свете тяжело, особенно когда он хочет немного любви и уважения. Здесь есть свои радости, будь то забавные вторжения полиэкрана, ребе Бушеми в шапке или Хэнк Азариа в роли еще более убогого доппельгангера главного героя. Кудряшки, опять же, Генсбур. Но роковой вопрос, зачем это все было, предательски остается висеть в воздухе. Другой вопрос, который после фильма не дает покоя – в какой момент Гир стал похож на пожилого китайца? Может быть, это произошло давно, а никто просто не обратил внимания? Но и на него не будет нам ответа.