«Послушай меня, Марлон»: Всё живое особой метой отмечается с ранних пор


«Жизнь — это история, рассказанная идиотом, наполненная шумом и яростью и не значащая ничего», — процитирует «Макбета» оцифрованная голова Марлона Брандо. Жутковатая, будто внеземная голограмма возвращает знакомые черты, предоставляет возможность вступить в беседу с ушедшим кумиром. Беседа, правда, получится односторонней — самому говорить ничего не хочется, только слушать, слушать как можно дольше.

Эффекта разговора со зрителем удается достичь за счет бесчисленных записей, сделанных Брандо при жизни, в которых он говорит сам с собой или просто озвучивает свои мысли. Метод съемки от первого лица позволяет поверить, что ты сам вставляешь кассету в магнитофон. «Я приехал в Нью-Йорк с дырявыми носками и дырками в голове», — говорит Марлон о начале своей карьеры. Работа со Стеллой Адлер и роль Стэнли Ковальски в постановке пьесы «Трамвай «Желание» заложили фундамент его успеха, а съемки в одноименном фильме принесли и вовсе головокружительную славу, которой он сам был удивлен. Застенчивый юноша, не слышавший похвалы от родителей, буквально стал купаться во всенародной любви. Такое громкое начало обернется против него, призрак Стэнли еще долго будет преследовать актера. «Они думают, что я ем с пола и хожу босой, потому что не могут отделить меня от персонажа», — сквозь улыбку звучит боль в голосе, так как куда бы Брандо ни пришел и с кем бы ни познакомился, у всех уже есть устоявшееся о нем мнение, неверное мнение. Лица простых людей, в которые он вглядывался раньше, чтобы узнать, что за ними скрыто, скоро станут ему противны. Марлон становится все более скрытным и отчужденным, не любит отвечать на личные вопросы, вместо этого всегда отшучивается.

В фильме нет пошлых фраз вроде «родился-жил-умер, на становление повлияло то-то». Вся информация подается либо от первого лица, либо из радио- и телепередач. Никаких домыслов, трактований, объяснений — факты говорят сами за себя. В записях Брандо всегда честен с собой: с юмором говорит о своей одержимости женщинами и едой, потребность в которых, впрочем, тоже появилась не от хорошей жизни. Тяжелое детство, печально завершившийся первый любовный опыт и постоянная нехватка ласки заставляли искать ее везде и всюду.

Картина содержит в себе полноценный урок актерского мастерства: Брандо рассказывает, что нужно делать на съемках, а что нет. Величайший актер в истории кинематографа говорит об искусстве игры как о механическом процессе, нужном только для зарабатывания денег и достижения собственных целей. От любого другого человека это бы прозвучало как фарс, но здесь приходится верить. Однако что бы Марлон ни говорил, страсть к съемкам у него неподдельная: Брандо вкладывал себя во все серьезные роли, не мог играть пустых персонажей, заставлял режиссеров переписывать сценарии. Калейдоскоп ролей актера проносится перед глазами в последовательности, подчиненной событиям из жизни Брандо, и как бы комментирует его поступки. Режиссер создает уникальный аудио-визуальный ряд, в котором каждый фрагмент на своем месте.

Почти все факты рассказывает сам Брандо, но для раскрытия переломных моментов его жизни режиссер прибегает к своеобразному компромиссу: мысли актера дублируют отрывки интервью и фрагменты новостей. Именно из них узнаешь, что Брандо — гуманист, чьи стремления исходят из сердца. Роли бунтаря, революционера, борца за свободу были выбраны им в соответствии со своими взглядами.

Возможно, сейчас это покажется странным, но в 60-е звезду пытались оскорбить плакатами с надписью «Брандо — любимец чернокожих». The times they are a-changing, не так ли? В то время выступления за права меньшинств не были модной тенденцией и вовсе не сулили народную любовь. «Думали ли вы о том, что вам могут причинить физический вред из-за ваших взглядов?». «Да, думал», — не сразу признается актер, но это не помешает ему в дальнейшем бороться за права индейцев и отказаться от «Оскара» из-за того, что киноиндустрия способствует формированию неверного представления об аборигенах. Более того, Брандо в прямом эфире будет называть американцев самой жестокой нацией и говорить, что они живут на украденной земле.

На закате жизни человек, добившийся невиданного успеха на профессиональном поприще и посвятивший себя борьбе за права человека, недоволен своей работой, винит себя за лишний вес и говорит, что хочет встроить в свой гроб микрофон, чтобы, когда проснется, сказать «Сделай всё по-другому».

Каждый раз, когда экран гаснет перед следующей сценой, охватывает страх, что сейчас появятся титры, и Брандо больше ничего не скажет. Тебе позволили побыть рядом с великим человеком, а хронометраж неумолимо близится к концу. Не уходи, пожалуйста, Марлон, поговори со мной еще.

Анастасия Муяссарова


comments powered by Disqus