«Эва не спит»: Жизнь после смерти


Эва не спит / Eva no duerme
Режиссер: Пабло Агуэро
В главных ролях: Гаэль Гарсиа Берналь, Дени Лаван, Иманоль Ариас, Айлин Салас

Политическая жизнь стран Латинской Америки с постоянно сменяющимися режимами жестоких диктатур — феноменальная страница в мировой истории. Фильм Пабло Агуэро проливает свет на ту ее часть, которую принято называть «магическим реализмом»: значение для Аргентины личности Эвы Перон при жизни и в особенности после смерти. Тело умершей в возрасте Христа «Мадонны бедняков» было забальзамировано и при экстренных обстоятельствах вывезено из страны. Даже спустя четверть века, когда мумия духовного лидера вернулась на родину, культ Эвы не ослаб и подогревал в сердцах граждан идеи перонизма.

«Эта сука 25 лет отравляла нам жизнь», — откроет фильм своим рассказом про Эву адмирал Массера. «Сука» — для военной хунты, правящей аристократии, оппозиционеров. Для народа — «наша Эвита». Учитывая противоречивость личности главной героини, режиссер выбирает нестандартный подход в своем кино: вместо привычного байопика с разбором портрета политического деятеля на экране разворачиваются 4 истории людей разных сословий и взглядов, в которых отражена всенародная одержимость Перон. В промежутках между ними в картине появляются документальные вставки, где звучный голос Эвы разносится над морем ее почитателей — эпизоды крайне гипнотические.

Четыре небольшие истории соотносятся с Перон косвенно: бальзамировщик, перевозчики тела, бывший диктатор и подпольные перонисты, новая власть — каждый выполнил свою миссию по отношению к ней, ведомый разными чувствами. Эти сюжеты достаточно спорны: они не закончены, вырваны из контекста, не связаны между собой, но в них есть сразу благоговение, страх, ненависть, одержимость, надежда — и все это обращено к уже мертвой чужой женщине. Режиссер показывает, что с ее телом можно сделать что угодно, но влияние на народ разрушить куда сложнее.

Фильм крайне интересен и с технической стороны. Уже в открывающей сцене использован редкий прием, который можно назвать пульсирующим расфокусом, по ощущениям похожим то ли на бьющееся сердце, то ли на конвульсии. Землянистая цветовая гамма в контрасте со слепящим светом документальных отрывков погружают мир после Эвы в мрак и страх, где всегда царит ночь. Близкие планы замыкают происходящее в тесные рамки без надежды на свободу. И если сюжет фильма не дает характеристику сменяющемуся общественному строю, то визуальные эффекты не оставляют сомнений — Эва не спит, но уже бессильна.

Анастасия Муяссарова


comments powered by Disqus