Кризис в шести сценах


В конце сентября на Amazon, который усердно старается угнаться за Netflix, вышел шестисерийный проект Вуди Аллена «Кризис в шести сценах». Это первый сериал плодовитого режиссера: когда уже сложно упомнить, сколько фильмов снял, то перейти к другим формам и обнулить счет кажется не таким уж и глупым замыслом. Хотя Аллен и лукавит в интервью, что, несмотря на карт-бланш от Amazon (полный авторский контроль над проектом), создавать сериал ему не очень-то и хотелось.

Рассказываем о том, кому стоит смотреть «Кризис в шести сценах» и почему его разгромила западная пресса.

Открывают первый акт сериала кадры хроники. Звучит Jefferson Airplane. На дворе 60-е: война во Вьетнаме, Карибский кризис, многочисленные протесты и антивоенные марши в США. Но всех этих событий нет в жизни Мансингеров и их многочисленных друзей и знакомых — представителей среднего класса, живущих в пригороде Нью-Йорка. Для пожилого и невротичного писателя Сидни Дж. Мансингера (его играет сам Аллен) сходить в парикмахерскую — уже событие, а будни его супруги Кей (Элейн Мэй), работающей психоаналитиком для пар с проблемами, разбавляет только книжный клуб местных домохозяек, которые окрестили Кафку «научной фантастикой». Также в доме Мансингеров временно обитает Алан Брокман (Джон Магаро) — молодой человек, который, хоть и является сыном друзей семьи, выглядит и ведет себя, как Вуди Аллен-младший. По состоянию здоровья он не смог отправиться воевать (да и не очень хотелось), у него есть красавица-невеста, а богатый отец обещает пристроить у себя.

Спокойное существование внезапно нарушается. Никто не сообщил пренеприятнейшее известие о том, что прибывает Ленни Дейл (Майли Сайрус) — политическая активистка, которую арестовали и хотели судить за терроризм, но пулями она пробила себе дорогу на свободу и теперь в бегах. Перевалочным пунктом между нарами и Кубой стало жилище Мансингеров, ведь Кей была сиротой, и ее воспитывала семья Ленни. Миссис Мансингер не только чувствует себя обязанной, но и мгновенно пропитывается необъяснимой симпатией к беглянке. А вот Сидни сразу начинает её недолюбливать. Ленни не только может навлечь беду, но и слишком много ест. На все претензии по поводу непомерного аппетита девица заявляет, что надо делиться и вообще в таком почтенном возрасте стоит есть только мягкую пищу.

Сидни и Ленни — две большие противоположности, за столкновениями которых интересно следить. Она упрекает его в слишком комфортной жизни и сравнивает с Никсоном, а он грозится сдать ее полиции. В конфликте поколений по-своему не правы оказываются обе стороны. Ленни мимоходом обмолвится, что к политическому движению она примкнула из-за парней, с которыми встречалась. Эта поверхностность и припозднившийся подростковый бунт без причины бросаются в глаза: даже во сне она разговаривает клише, называя полицейских «фашистскими свиньями». Майли Сайрус очень органично выглядит в образе девушки, у которой даже праведный гнев выходит каким-то бесстрастным. Сидни Вуди Аллена — это все тот же знакомый многим невротичный ипохондрик. Можно понять его желание жить спокойно, но и ему пора принять тот факт, что он — уже реликт другой эпохи.

Кей не дает Сидни и Ленни обострить конфликт и является своего рода коммуникационным мостом. Элейн Мэй — комедийная легенда, актриса и режиссер, которая уже давно не получала крупных ролей. Но возвращение на экран получилось выдающимся: ее Кей практически не вытворяет каких-то безумных выходок (разве что радостно перепрыгивает с крыши на крышу, спасаясь от полицейских) в отличие от остальных персонажей, но именно она запоминается больше всех.

Ленни удается рекрутировать старушек из книжного клуба и гостившего у Мансингеров Алана. Но происходит это не из-за убедительных ораторских способностей девушки, а просто потому, что всем в пригороде скучно от устоявшихся порядков. Аллен высмеивает средний класс, который готов — больше на словах — бороться за идеалы людей, которых он не понимает и даже не видел воочию. Старушки не отличают Мао Цзедуна от Ленина, но уже готовы взрывать самопальные бомбы. Они не общаются ни с одним чернокожим (и даже их путают), но готовы часами говорить про их права. Ленни удачно сбегает, а все остальное, казалось бы, возвращается на свои места. Даже клиенты, которых консультировала Кей, ничего так и не решили. На самом деле ничего и не менялось. Все это было просто фарсом.

Резкое неприятие у критиков, скорее всего, вызвала одиозность фигуры Вуди Аллена. Многие открыто пишут об этом. Как, например, рецензент Variety, у которого переброс репликам о том, что нужно хорошо относиться к приемным дочерям, вызвал понятно какие ассоциации. Вопрос о том, нужно ли отделять творца от его творчества, стоит как никогда остро, если речь заходит о Вуди Аллене. Однозначного ответа на него нет, каждому приходится решать самому, на чем основывать свою позицию. Но попробовать отбросить предубеждения во время просмотра «Кризиса» стоит.

То, что Вуди Аллен повторяется, — не проблема. Проблема — то, что делает он это слишком часто, и, бери он длительные перерывы в карьере, как Уит Стиллман, ему бы сошло с рук и это. В книге My Lunches with Orson», есть занимательный диалог автора «Гражданина Кейна», прославившегося еще и резкой критикой в адрес коллег, в котором он обмолвился о нелюбви к Аллену, потому что тот использует кино как средство личного психоанализа. Раньше Вуди Аллен действительно выворачивал самого себя наизнанку, но начал он свою карьеру в кино с пародийных комедий. За последние годы это все смешалось и вылилось в пародии не сколько на себя, сколько на то, какие представления о нем у других.

Очень странной и надуманной кажется частая претензия, что «Кризис в шести сценах», дескать, не соответствует законам телевизионной драматургии. Да, во время просмотра сериала не покидает ощущение, что по форме это все тот же фильм Вуди Аллена, только длиннее обычного. Так и есть. За редким исключением Аллен укладывается в полуторачасовой хронометраж, когда же просмотр всего «Кризиса» займет два с половиной часа. Возможно, эту историю можно рассказать более компактно, но затянутости не чувствуется, и даже можно обнаружить какие-то элементы этой самой телевизионной драматургии. Первый эпизод заканчивается появлением у дома четы Мансингеров незнакомки с оружием и непонятными намерениями — чем не клиффхэнгер? Но дело даже не в том, что формат сериала, по мнению критиков, не подошел Аллену. А в том, что, когда сериал выходит не по серии в неделю, а сразу одним сезоном — для запойного просмотра — такая аргументация неуместна. Да и столько нетипичных сериалов уже вышло в этот год — не ругать же великолепный «Хорас и Пит» за то, что он ближе к театру, чем к телевидению.

Вывод напрашивается довольно простой и очевидный: «Кризис в шести сценах» снят, как и почти весь поздний Аллен, для любителей позднего Аллена. Если вы уже знакомы с его работами за последние двадцать лет, и энтузиазма они не вызывают (тут поможет только спиритический сеанс), то пройдите мимо — вас здесь не ждали. А если еще ничего не смотрели из алленовской богатой фильмографии, то лучше выбрать безопасный вариант —  уже ставшие классикой «Любовь и смерть» и «Манхэттен».

Рита Синютина


comments powered by Disqus