«Багровый Пик»: Гордость и предубеждение и призраки


Эдит Кушинг (Миа Васиковска), дочь строительного магната, проводит свои дни, занимаясь писательским ремеслом. Равняться она притом предпочитает не на Джейн Остин, а на Мэри Шелли, и роман ее повествует о призраках. Один из них в детстве посетил Эдит: мать, умершая от черной холеры, прилетела в ее спальню с предупреждением — «Остерегайся Багрового пика». Эдит живет с отцом, игнорируя влюбленного в нее доктора МакМайкла (Чарли Ханнэм), и в ее личной жизни все спокойно, пока она волею судьбы не знакомится с Томасом Шарпом (Том Хиддлстон), изобретателем, который приехал из Англии для поиска финансирования проекта землечерпалки. Нужна она для освоения его с сестрой Люсиль (Джессика Честейн) владений, богатых красной глиной. В финансировании Шарпу отказывают, и отец Эдит, подозревая его в темном прошлом, раскрывает неприятные факты. Томасу и Люсиль нужно покидать Америку, но Эдит уже влюбилась, и, несмотря на жуткие происшествия и недобрые предчувствия, отправляется с ними в Англию.

При работе над своим новым фильмом Гильермо дель Торо откуда только не черпал идеи: тут и классический любовный роман, и готика с налетом фильмов студии Hammer, и прерафаэлиты в качестве главных вдохновителей визуального аспекта картины. Конструкция, которая развалилась бы в неумелых руках, виртуозно управляется режиссером, который, принимая правила жанров и препарируя их с неизменным чувством юмора, творит довольно уникальный спектакль. Маски постоянно меняются, романс смешивается с хоррором, изысканность с кэмпом, инцестуальные мотивы вылезают наружу, скелеты залихватски вылетают из шкафов — зрелище в высшей степени захватывающее и удивительное. Дель Торо здесь вообще очень сильно напоминает Тарантино от хоррора: киноман, пересмотревший все за нас и превративший хорошо забытое старое в нечто поистине аутентичное.

Надо заметить, что ни один из аспектов картины не теряет своей убедительности: первые минут 40, поставив себя на место героини Васиковски, можно сползать по креслу от Хиддлстона, который кружит ее в вальсе, говорит слова любви и все к этому прилагающееся. Честейн постоянно нависает невысказанной угрозой, напуская холода в каждой сцене. Составляющая хоррора намеренно нарочита, со страшнющими чудищами-призраками, сразу добавляющими театральности происходящему. Атмосферу благодаря работе художников и оператора можно черпать ложками, и такая тщательность, проработанность деталей никак не готовит к тому гиньолю, что развернется в финальной части. Здесь дель Торо рубит с плеча, погружая персонажей в устрашающий и уморительный водоворот, вызывая как нервические смешки, так и попросту хохот. Гильермо, снимай, пожалуйста, ужасы. Ты нам здесь очень нужен.

Сергей Кощеев


comments powered by Disqus