Интервью Хармони Корина с Кеннетом Энгером


(photo by Sebastian Kim)

Назвать Кеннета Энгера культовым режиссером - закономерно, но предсказуемо и мало. 87-милетний уроженец Лос-Анджелеса - автор сценария (кстати, Энгер с гордостью утверждает, что ни разу не снял ни одного фильма, используя диалоги или речь вообще) и режиссер таких короткометражек, как Inauguration of the Pleasure Dome (1954-66), Scorpio Rising (1963) и Lucifer Rising (1970-81) - одних из самых безумных экспериментальных фильмов прошлого века, идеи и образы которых не перестают цитировать и по сей день. (Кеннет первым начал использовать популярную музыку в кино вместо оригинального муз. сопровождения; его влияние можно заметить в фильмах Копполы, Линча, Рефна; почти каждая работа Гая Мэддина - дань Энгеру. Любят его не только режисеры. Например, Sympathy for the Devil неправославного Мэрилина Мэнсона - Inspired by Anger®. Возможно, вы тоже цитируете Кеннета, но сами того еще не знаете)

К примеру, Ноэль Филдинг - большой поклонник Энгера

Как и Николас Виндинг Рефн

Или Дэвид Линч

Ну, и конечно, в наше время человек не может быть идентифицирован как по-настоящему культовый "Artist", если он ни разу не побывал с Джеймсом Франко в одной комнате. В этом случае последний снял клип (опять же, довольно-таки в стиле Энгера) с Кеннетом в одной из ролей:

Собственно, причин почитать интервью этого славного дедули уже более, чем достаточно. Да, и разговор с ним вел некто Хармони Корин, тоже - тот еще фокусник.

Хармони Корин: Привет, Кеннет. Как жизнь?

Кеннет Энгер: Очень хорошо.

Х. К.: Как вы обычно проводите день в это время?

К. Э.: С утра я приветствую Солнце, т.к. это часть моей религии, и только затем продолжаю день.

Х. К.: И как вы приветствуете Солнце?

К. Э.: Мысленно. Это называется "Liber Resh" - ритуал Алистера Кроули, когда ты говоришь Солнцу "Hail, hail!"

Х. К.: Есть что-нибудь, что вы произносите каждый раз перед тем, как лечь в кровать?

К. Э.: Ночью я обычно не сплю, потому это бессмыссленно.

Х. К.: Где вы сейчас живете?

К. Э.: Прямо в центре Голливуда.

Х. К.: Чувствуете ли вы, что в Л.А. до сих пор есть какая-то особенная магия? Он так же интересен, как и старый Голливуд?

К. Э.: Ох, нет. [Смеется] Я ненавижу это говорить, но прошлое было более захватывающим. Меня не интересует ни один из ныне живущих актеров. Меня не интересует ни один из ныне живущих режиссеров. Но у меня много друзей среди монтажеров, сейчас много интересного в кино происходит именно в техническом плане.

Х. К.: Как думаете, Калифорния изменилась со времен вашей молодости?

К. Э.: Ну, все непрерывно изменяется и эволюционирует. Это и есть жизнь. Но по существу, Голливуд сейчас потерял свой статус центра кинопроизводства. Фильмы снимают повсюду.

Х. К.: Оккультизм и старый Голливуд сыграли большую роль в вашем творчестве. Есть ли некая связь между ними? Какая сила объединила эти два явления для вас?

К. Э.: Извини, я на самом деле не могу ответить на этот вопрос.

Х. К.: Ок. Вы сейчас являетесь сторонником какой-либо религии?

К. Э.: Я - телемит. Верю в Телему, что есть так называемая религия, также основанная Кроули. Есть несколько человек, которые практикуют то, что зовется "гностической мессой". Я был с ними пару раз, но вообще я - одиночка. Я не очень нуждаюсь в компании других людей.

Х. К.: Что насчет ваших снов? Вы запоминаете свои сны?

К. Э.: Стараюсь. Время от времени делаю пару пометок в блокнот, если это что-то сверхинтересное. Сны довольно много значат для меня, и я не так часто их вижу. Другими словами, я не вижу отчетливых и цветных снов каждую ночь. Но несколько раз в месяц случается увидеть что-нибудь интересное, в основном это довольно странный визуальный ряд. В моих снах не бывает диалогов. Они просто не говорят. [Смеется]

Х. К.: Есть что-нибудь, что вы видели во сне и потом перенесли на экран?

К. Э.: Я хотел бы. Но бюджеты моих фильмов явно меньше бюджетов моих снов.

Х. К.: [Смеется] Если бы у вас не было ограниченний по бюджету? Что бы вы сняли?

К. Э.: Ну, обычно я должен был подгонять мои сны по размеру бюджета. За исключением нескольких случаев, например, когда Сэр Пол Гетти спонсировал мой фильм о Микки Маусе (Mouse Heaven, 2004). Я был очень ограничен в ресурсах и все мои действия зависели от этого. С Rabbit's Moon (1950-79) мне помогла Cinémathèque Française. Они дали мне 35мм пленку, ту же самую, что изпользовал Кокто для "Красавицы и Чудовища". У меня были планы снять фильм, основанный на "Les Chants de Maldoror" Лотреамона. И я заснял какую-то его часть с одной балетной труппой во Франции. Построил платформы прямо под поверхностью водоема так, что казалось будто танцоры ходят по воде. Это не то, чтобы очень хитрый трюк, если бы у тебя были деньги, ты бы смог заснять даже людей, танцующих по воздуху.

Х. К.: Я слышал, вы принимали мескалин некоторое время. Хотел полюбопытствовать - экспериментируете ли вы до сих пор с наркотиками?

К. Э.: Это было в далеком прошлом, и я не хочу это обсуждать на самом деле.

Х. К.: Над чем вы работаете в данный момент?

К. Э.: Я всегда над чем-нибудь работаю на том или ином этапе. Самый последний проект - Airship (2010-12), с использованием архивных материалов о старых цеппелинах.

Х. К.: Вау! С тем горящим цеппелином?

К. Э.: Да, пожар в последней части. Я вручную раскрасил пленку оранжевым и красным. В оригинале лента была черно-белой, и цвет сделал из пожара более эффектное зрелище.

Х. К.: Есть ли какое-либо муз. сопровождение к этой записи?

К. Э.: Атомный взрыв. Только эффекты взрывов. Я прослушал несколько вариантов - атомные понравились больше всего.

Х. К.: Был бы рад это увидеть. Вы до сих пор смотрите кино?

К. Э.: У меня нет причин его не смотреть. Я имею ввиду, что я также много читаю. Я живу неподалеку от Египетского Кинотеатра, там часто показывают восстановленные старые фильмы. Т.е. я смотрю больше классики, чем новых фильмов.

Х. К.: Вы были фанатом У. К. Филдса?

К. Э.: Да, он мне всегда нравился.

Х. К.: А братья Маркс?

К. Э.: Конечно. Это ликующий хаос.

Х. К.: Можете рассказать, каково было работать актером в Голливуде, будучи ребенком?

К. Э.: На самом деле, мой опыт был довольно коротким, и я получил его благодаря моей бабушке, которая была костюмером на съемках немых фильмов. У меня была роль в "A Midsummer Night's Dream" (1935) Макса Рейнхардта [и Уильяма Дитерле]. Моя бабушка была подругой Рейнхардта.

Х. К.: Я видел стилл из этого фильма. Впечатляюще. Вы вообще хотели быть актером?

К. Э.: Нет, съемки были приятным опытом, но что мне понравилось больше всего - один из самых больших павильонов Warner Brothers, превращенный в лес. Вся студия была покрыта лаком и на свету декорации очень красиво блестели.

Х. К.: Как ваш писательский опыт, Hollywood Babylon например, повлиял на ваши фильмы? Есть ли между ними связь?

К. Э.: Ну, я всегда интересовался историей Голливуда. На самом деле - это мое главное хобби. А потом я просто начал снимать немые фильмы и вставлять туда музыку.

Х. К.: Ваши фильмы такие красивые, сказочные и вообще не от мира сего. Чувствуется, что они - часть вас. Что обычно появляется первым - истории, образы, музыка, цвет?

К. Э.: Определенно, образы. Поток изображений. Я называю их кинопоэмами. Это форма поэзии, только визуальной.

Х. К.: Есть ли в них логика? Или все-таки больше больше чувств?

К. Э.: [Смеется] Предполагаю, что логика все-таки есть. Я не вставляю в фильм кадры, которые не связаны с сюжетной линией.

Х. К.: У вас разный подход к съемках разных фильмов?

К. Э.: Да, подход Кеннета Энгера.

Х. К.: Вы жили в разные эпохи. На какую из них вы оглядываетесь с большей, так сказать, нежностью?

К. Э.: К сожалению, эпоха, которой я интересовался больше всего, прошла до моего рождения. 20-е для меня - богатый на открытия период. Так называемая джазовая эра, она всегда меня привлекала.

Х. К.: Что вы думали о движении хиппи во времена его пиковой популярности?

К. Э.: Мне казалось, это весело. Я себя никогда не причислял к хиппи, но и сказать, что это полностью чуждое мне явление, не могу.

Х. К.: Знали ли вы человека, который существенно выделялся на фоне остальных, или которого вы бы могли назвать любовью своей жизни?

К. Э.: К сожалению, нет. Знаменитый Доктор Альфред Кинси...

Х. К.: Сексолог.

К. Э.: Да, он был выдающимся человеком. Я был его гидом в Европе. Он умер очень рано, в 62. За год до смерти, он прибыл в Европу и я сопровождал его до Сицилии, чтобы он мог увидеть Аббатство Телемы, которое создал Кроули в 20м. Это был la chambre des cauchemars Алистера, комната кошмаров, которая была полна картин одновременно смешных и остроумных. Было ясно, что у него довольно пугающее чувство юмора. И его имя произносится "crow-ley", что значит "щит из ворон".

Х. К.: И каковы были ваши отношения с Кинси? Ему нравились ваши фильмы?

К. Э.: Скорее всего, так как он купил несколько копий (ленты Fireworks) для Института Сексологии в Университете Индианы. Он пригласил меня туда и взял интервью, которое длилось 4 часа. Я отдал некоторые фотоматериалы для коллекции, которая до сих пор находится в институте. The Anger Collection в Университете Индианы очень важна.

Х. К.: Кого из актеров прошлого вы любили больше всего?

К. Э.: Актер, которым я восхищался - Рудольф Валентино. И он умер очень молодым - в 31 год. Я мог представить, как бы я с ним поработал. Но опять же - это была эра немого кино. Я просто его упустил. Мне нравится много актеров того времени, например Дуглас Фэирбэнкс. Он был прекрасно сложен, атлетичен, и раскрывал своих персонажей в танце и движениях.

Х. К.: В ваших фильмах телесность также играет немалую роль. Как вы считаете, кино - это форма волшебства, магии?

К. Э.: Возможно. Я могу создать эффект транса, поэтому я предпочитаю думать об этом как о чем-то сверхъестественном. Хотя, это также может быть очень глупо и неуместно в коммерческого кино. В этом случае, это часто оказывается бесполезной тратой денег.

Х. К.: Есть ли способ толкнуть кино на более чувственный уровень? Сделать его более осязаемым, галлюцинаторным?

К. Э.: Надеюсь. Я жду этого. Я больше не вижу никаких великих мистиков, которые вводили бы зрителя в экстаз какими-то невероятными эффектами. Это очень плохо. Есть технологии и деньги. Но где фантазия?

Х. К.: Что вы думаете о том самолете, исчезнувшем где-то в Малайзии?

К. Э.: Ну, самолеты исчезают все время. Он затонул на очень большую глубину, сомневаюсь, что его найдут. Да, и в чем смысл? Я имею ввиду, что все на борту мертвы, потому что это то, что случается в таких ситуациях. Я считаю, что нам всем надо просто двигаться дальше. Не вижу смысла этих усилий, чтобы найти его на глубине в несколько миль.

Х. К.: Трудно представить, что на самом деле произошло.

К. Э.: Думаю, вот это как раз интересно. Был ли он угнан? Возможно, т.к. почему он повернул в абсолютно противоположную сторону, если должен был лететь в Китай? Очевидно, на борту были преступники.

Х. К.: Есть ли какие-либо проекты, которые вы хотели бы осуществить, но не имели возможности?

К. Э.: Существует очень много вещей, которые я бы сделал, будь у меня адекватный бюджет. Как-то раз моим спонсором был один из богатейших людей мира - Сэр Пол Гетти. Ему очень нравился Микки Маус, и я снял для Пола "Mouse Heaven". Жаль, его с нами больше нет.

Х. К.: Что вы думаете о самом Уолте Диснее?

К. Э.: Уолт Дисней? Он любил власть, но кроме того, у него еще были и качества, которыми можно восхищаться. Он был смесью качеств. Я полагаю, мы все - смесь плохого и хорошего. В его случае - это было что-то вроде истории Джекилла и Хайда. Я любил некоторые его ранние фильмы, но потом он стал более вовлечен во всю эту идею Диснейлэнда. Уолт всегда хотел создать такое место, и ходили слухи, что он хотел разместить его на острове Каталина. Но его хозяева - основатели Wrigley, и они не пошли бы с ним на сделку.

Х. К.: Вау.

К. Э.: Сама идея - приплыть на остров, где все не как в обычном мире, очень хороша.

Х. К.: Вам нравились его оригинальные мультфильмы?

К. Э.: На Диснея работал гений - Аб Айверкс. Он создал Микки Мауса в его первоначальном виде. Но, само собой, все почести достались Диснею. [Смеется]

(photo by Sebastian Kim)

Х. К.: У вас был опыт общения с инопланетянами?

К. Э.: Ох, у меня было 3 очень отчетливых видения. Думаю, вы можете назвать это таким опытом. В одном случае, я был с 3мя людьми, и мы все это видели. Это было на пляже в Сан Франциско. Мы гуляли там рано утром, что-то круглое показалось на горизонте и потом скрылось.

Х. К.: О!

К. Э.: Это не было моей галлюцинацией. Трое человек видели это. Было очень тихо. В любом коммерческом фильме в такой момент вы бы услышали кучу нелепых гудящих звуков. Что было изумительно - это произошло в полной тишине. Показалась овальная форма, чей цвет переливался от изумрудно-зеленого к рубиново-красному. Создавалось впечатление, что от цвета зависит управление кораблем. У меня также случалось 2 или 3 видения, когда я был в Англии. Опять же, в этих случаях я не единственный очевидец. Были люди из Англии и Шотландии, которые видели инопланетян. Я жду их возвращения. Хотя, быть может, их миссия на этой планете закончена и они не вернутся.

Х. К.: Как думаете, что с нами происходит после смерти?

К. Э.: Ну, мы в любом случае рано или поздно выясним. Даже если это "черный занавес".. Я хочу сказать, жизнь достаточно интересна. Тебе не нужно что-то еще после. Будет неплохо, если что-то есть - во всех культурах существует свое представление о Рае, но это может быть всего лишь принятие желаемого за действительное. В противовес Раю люди придумали Ад. И обычно, Ад выглядит более захватывающе.

Х. К.: Сущая правда.

К. Э.: Было приятно с тобой побеседовать.

Х. К.: Огромное спасибо. Вы - великий. Я надеюсь встретиться с вами, когда буду в Лос Анджелесе.

К. Э. Буду рад тебя видеть.

Дайана Левченко; Интервью - Хармони Корин для interviewmagazine.com


comments powered by Disqus